— Да, Морган у нас тот еще умник, — кивнул он. — Ему только в семинарию идти.

— Мать была верующей, приобщала меня к Библии, — пожал тот плечами, — кое-что я запомнил. Все это странно и интересно… В общем-то, послание наводит на мысль о причастности самоубийцы к нашей секте, но как он мог убивать людей, разъезжая на инвалидной коляске?

— Быть может, он не был прямым исполнителем, — предположил инспектор. — Был, так сказать, пассивным членом группы, пособником, единомышленником. Потому и раскаялся первым и покончил с собой. Не забыв извиниться перед 'братьями'. Прямого свидетельства, конечно, нет. Мы всю квартиру перерыли — ничего.

— Вы его проверили, этого Захарию? Чем занимался, в каких знакомствах состоял? Семья, увлечения, работа?

— Да какая уж там работа с его увечьем… Впрочем, он был неплохим программистом, разрабатывал систему антивзлома для нескольких крупных компаний, торгующих электроникой. Сам был хакером, поди… Человек, по словам соседей и сослуживцев, был тихий, приветливый, хоть и замкнутый. Сирота, воспитывался у тетки в Бирмингеме, там же закончил колледж, переехал в Лондон. На момент смерти ему исполнилось тридцать три года… Холост, никаких увлечений, приятелей. Даже с миссис Дэвори неохотно разговаривал.

— А эта его набожность? Давно он такой?

— По словам той же миссис Дэвори, которая уже три года убирает его квартиру и покупает продукты, Захария и раньше интересовался религией, но помешался на ней недавно, около трех месяцев тому назад. Я, кончено, расспросил ее, не приходил ли кто к нему, не предлагал вступить в секту, и прочее. Женщина клянется, что кроме нее, никто к Думу и не заглядывал. На Рождество приезжала тетка, а всю работу он осуществлял через интернет. Зацепиться абсолютно не за что…

— А не состоял ли он в какой-нибудь неохристианской церкви? Если сам туда не ездил, быть может, посещал ее сайт?

— Мы это проверяем. У тебя-то какие успехи, Морган?